О демократичности либерализма

В этой статье я намереваюсь указать на несколько несоответствий между тем, как либеральная демократия видит свою демократическую составляющую и тем, каковой демократия является на самом деле. Волна протестов, прокатившихся по Америке после избрания Дональда Трампа, служат наглядной иллюстрацией данному тезису. Протестующие не оспаривали результаты выборов, а были возмущены недостаточно либеральными взглядами демократически избранного президента. По их мнению, мнение демократического большинства не обязывает, если противоречит либеральным идеалам.

Либеральная демократия рассматривает демократию как идеальный государственный строй, поскольку строй этот предоставляет индивидууму наибольшую степень влияния на государство.

На самом деле, это не первый и не единственный случай, когда в результате демократических выборов к власти приходил диктатор. (Я очень сомневаюсь, что Трамп станет диктатором, но таким его видят американские либералы.) Не стоит забывать, что Гитлер был избран демократическим голосованием, СССР была демократией, Иран является республикой, Путин победил на демократических выборах и т.д. и т.п. В начале 80-х Венесуэла считалась весьма демократической страной, но в конце концов превратилась в банальную диктатуру. Польша считалась маяком демократии в период, последовавший после распада СССР. В наше время, однако, демократически избранная правящая партия Польши прилагает немалые усилия для расшатывания демократических основ государств.

Но давайте вернемся к либеральной демократии. Либеральная демократия рассматривает демократию как идеальный государственный строй, поскольку строй этот предоставляет индивидууму наибольшую степень влияния на государство. С помощью тайного голосования индивидуум, теоретически, напрямую влияет на то, кто и как будет руководить государством. Демократия, таким образом, представляется некой идеальной формой самоуправления. Цитируя Линкольна: «Правительство народа, из народа, для народа…»

Общественный строй, при котором варианты, выносимые на голосование, не предлагаются народом, не может считаться демократией.

Реальность, однако, и в данном случае далека от идеала. В наше время не существует ни одного государства, в котором существовала бы прямая демократия, при которой, все решения принимаются народом. (В Швейцарии многие вопросы решаются всенародными референдумами, но это, во-первых, исключение, а во-вторых, еще не превращает Швейцарию в прямую демократию.) То, что сегодня называется демократией — это система репрезентации, в которой граждане, обладающие правом голоса наделяют своего кандидата полномочиями принимать решения от их имени. Избранники народа решают какие вопросы выносятся на повестку дня и как их следует решать.

Этот, последний, аспект крайне важен. Общественный строй, при котором варианты, выносимые на голосование, не предлагаются народом, не может считаться демократией. Современные демократии служат хорошей иллюстрацией этому, будучи крайне подверженными эффекту эхо-камеры, когда все идеи бесконечно циркулируют внутри политической системы, которая не приемлет влияния извне.

Нужно сказать, что, исторически, демократия практически всегда не была особо демократичной. Право голоса было уделом далеко не всех людей, подвластных республике. Право это обычно зависело от имущественного статуса, пола, вероисповедания и происхождения. Таким образом, было вполне вероятным, что большинство населения республики было лишено права голоса, что скорее превращало демократию в аристократию, или даже в олигархию.

Еще со времен Афинской республики, демократия не пользовалась большой популярностью среди теоретиков политики.

Итак, говоря о либеральной демократии как о строе, при котором народ управляет сам собой, мы несколько искажаем смысл понятия «демократия». Проблема, однако, не столько в подмене смысла понятия, а в том, что речь идет не о реальном общественном строе, а о его идеализированной модели. Демократичность либеральной демократии, таким образом, не является центральным ее аспектом. Можно быть абсолютно уверенным, что большинство американских либералов были бы вполне довольны, если бы США внезапно превратились в либеральную монархию, где люди, подобные Трампу подлежали бы перевоспитанию.

Интересно отметить также, что еще со времен Афинской республики, демократия не пользовалась большой популярностью среди теоретиков политики. В средние века, как ни странно, идеальным государственном всегда считалась монархия. Только новое время поправило статус демократии в глазах мыслителей.

Практически все еврейские мудрецы считали монархию идеальным общественным строем. Наверное единственным исключением является Абарбанель, который относился к царской власти крайне отрицательно.

Раз уже речь пошла об истории отношения к демократии, нужно сказать несколько слов об отношении иудаизма к ней. В том, что касается государственного строя, практически все мудрецы считали монархию идеалом. Наверное единственным исключением является Абарбанель, который относился к царской власти крайне отрицательно. По его мнению, идеальным строем является теократия, где наместником Б-га на земле является пророк, а не монарх. Критикуя мнение тех, кто считает монархию идеалом, Абарбанель приводит в пример успех итальянских городов-государств, являвшихся республиками.

Либеральные круги видят в современной либеральной демократии некий идеал, который не только не соответствует реальному положению вещей, но и противоречит политической теории. Контраст между реальностью и либеральными идеалами вполне закономерно приводит к тому, что мнение консервативного большинства рассматривается как противоречащее основам демократии. Уверенность в том, что либеральная демократия является пиком политической мысли является наивной верой в прямую зависимости морально-этического роста человечества и научно-технического прогресса.

Вас также может заинтересовать:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *