О победе Бонапарта

Другу моему раби Моше Майзилю

Учили нас наставники наши (Йома 12а): «Принято оставлять шкуру и кувшин хозяину постоялого двора» (Шкуру скотины постояльца, которую он съел во время прибывания на постоялом дворе и кувшин из под вина, которое он там выпил. Другими словами, нужно стараться отблагодарить за временное жилище.)

Следующее было явлено мне в Мусаф в первый день рош ходеш: «Если победит Бонапарт, возвысятся сыны Израиля и приумножится богатство их, но станет оторвано и отделено сердце их от Отца их небесного. А если победит господин наш Александр, не смотря на то, что будут унижены сыны Израиля и приумножится нищета их, но соединяться и сольются сердца их с Отцом их небесным. И это тебе знак, что не пройдет много дней и отнята будет услада глаз ваших и начнут брать солдат из братьев наших сынов Израиля.»

И помни то, на чем расстались мы в Петербурге, на словах псука (Теилим 119:161): «Вельможи преследовали меня зазря и слова Твоего боится сердце мое».

Друг твой Шнеур Залман сын господина моего и учителя, наставника нашего рава Баруха, благословенной памяти.

И ради Б-га предай письмо это огню.

Хабадская традиция утверждает, что приведенное выше письмо было написано Альтер Ребе еврею-разведчику р. Моше Майзлишу. Истинность этого предания крайне сомнительна. В Хабаде рассказывают, помимо всего прочего, что когда р. Майзлиш сидел в Петропавловской крепости, он очень подружился с Его Императорским Величеством, который послал его шпионить за Наполеоном. Наполеон, в свою очередь, догадался о шпионской миссии хасида, однако это ничуть не помешало ему сдружиться со шпионом Александра и инкогнито гулять в его компании по Вильнюсу. Настолько был уверен Наполеон в своей победе.

С другой стороны, существует другое письмо, написанное не самим Альтер Ребе, а его сыном, раби Дов-Бером. Адресатом этого письма тоже был р. Моше Майзлиш. Письмо это, в истинности которого не приходится сомневаться, подробно излагает позицию Альтер Ребе в вопросе того, какую из сторон конфликта стоит поддерживать евреям. Письмо это было написано примерно через год после смерти Альтер Ребе и поражения Наполеона.

Вот, что пишет раби Дов-Бер в начале письма:

И начало всего было так, сразу же как вошел притеснитель и массовый убийца, известный под именем своим (Наполеон) в границы Польши, в Каунас и Вильнюс, начал (Альтер Ребе) советоваться с нами, как бежать именно в страну Россию, говоря, что если не возгордится (Наполеон)и не сглупит идти и на Россию, возможно укрепится и останется в Польше. Однако это беда великая для евреев, поскольку не останется ни один из них ни со своим еврейством, ни с имуществом. Поскольку ненавистью крайней возненавидел его (Альтер Ребе Наполеона), так как он Сатан, всеми силами зла противящийся добру, поскольку он силен в клипе и в суде тяжелом, полная противоположность милосердию и добру, только смерть и зло и все существование его зависит от причинения зла, подобно пиявке.

Далее раби Дов-Бер описывает противостояние Наполеона и Александра как противостояние добра и зла, войну милосердия и суда. Наполеон — безжалостный убийца, гордец, полагающийся лишь на свою силу. Александр — милосердный и скромный монарх, уповающий на Творца.

После этого идет подробное описание бегства Альтер Ребе и его семьи от наполеоновской армии.

В конце письм раби Дов-Бер пишет также:

И сказал (Альтер Ребе): «И когда будет благополучие Его Величеству Императору и падут все его враги перед ним, непременно вспомнит евреев, возвысить их и дать права им среди всех народов, наделить их всяческими свободами навечно … И в особенности бывало говорил об основе еврейства и еврейской религии, что нет ей более верного существования кроме как под властью царства господина нашего Его Величества Императора именно. Поскольку он верит в единство Б-га и желает настоящих и чистосердечных служителей Б-га. И хочет укрепить законы еврейские и тем более не хочет уводить их (евреев) от религии их даже самую малость. Поэтому он совсем не заинтересован в (еврейских) рекрутах, как известно.

Альтер Ребе делает здесь стратегический расчет. По его мнению, верность евреев Александру приведет к тому, что они получат различные гражданские права и свободы. В отличие от Франции, однако, получение прав этих не будет сопряжено с попыткой оторвать евреев от их религии.

Таким образом, Альтер Ребе не видел в поддержке Александра одну лишь духовную выгоду. Он считал, что проявляя верность императору России, евреи обеспечат себе не только духовную выгоду, но и вполне реальные выгоды, касающиеся их прав и свобод. Поддержка Александра, по мнению Альтер Ребе должна была улучшить жизнь евреев, не ставя под угрозу их религиозную независимость. С другой стороны, угроза со стороны Наполеона касалась не только религиозных ценностей, но и материального благосостояния.

Дилемма, описанная в письме, приведенном нами в начале, характерна скорее для еврейства западной и центральной Европы того времени и еврейства России середины XIX века. Во время войны с Наполеоном тенденция отхода от иудаизма ради материальных выгод и гражданских свобод еще не была характерна для Польши и России.

Интересно отметить также, что были хасидские лидеры, которые не были согласны с Альтер Ребе и считали, что необходимо поддерживать именно Наполеона.

Во время войны Наполеона I хотел раби Менделе (из Риминова) сделать его Гогом и Магогом и прилагал усилия в молитве, чтобы победил в войне, для того чтобы наступило избавление. И сказал, что, по его мнению, хорошо было бы, чтобы пролилась кровь евреев так, чтобы от Петербурга до Риминова шли по щиколотку в еврейской крови, для того, чтобы настал конец изгнания нашего. Однако праведники из Кожниц и Люблина не согласились на это и они молились, чтобы потерпел поражение в войне, поскольку видели в святом видении, что пока еще не пришло время (избавления).

(Статья полностью основана на книге «Бааль Атания» Эмануэля Эткеса)

Вас также может заинтересовать:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *