О пророчестве. Опасения Яакова

Всевышний обещал (Берешит 28, 15) Яакову охранять его, однако перед встречей с Эйсавом, Яаков молил Всевышнего (Берешит 32, 12) спасти его от брата, поскольку опасался, что заслуг его будет недостаточно для этого.

Необходимо объяснить, чего боялся Яаков, ведь Гемара говорит (Брахот 7а), что «все сказанное Всевышним, даже если было обусловлено, сбывается».

Рабейну Крескас говорит, что предсказанное Всевышнего является следствием его знания причинно-следственных связей, которые в конце концов приведут к исполнению пророчества. Пророк же не знает какие именно причины являются залогом осуществления пророчества, поэтому ему следует прилагать все возможные усилия для того, чтобы пророчество сбылось.

Яаков, которому была обещана безопасность, не мог знать что именно станет причиной его спасения от Эйсава, поэтому ему было необходимо прилагать все возможные усилия для этого. Как сказали наши Мудрецы, благословенной памяти, Яаков «послал подарки, приготовился к войне и помолился», то есть сделал все возможное, чтобы его спасение от Эйсава стало реальностью. Вполне возможно, что Всевышний предсказал спасение Яакова поскольку знал, что тот будет усердно молится, или пошлет подарки, или будет готов к войне, однако Яаков, который не мог знать этого, должен был сделать и то и другое и третье, чтобы создать причины своего спасения.

Таким образом сказанное (Берешит 32, 8): «И испугался Яаков очень и стало страшно ему…» нужно понимать как осознание Яаковом опасности, в которой он находится, для достижения наибольшей сосредоточенности в молитве. То есть страх Яаков не был следствием недостаточной уверенности в обещании Всевышенего, а средством придания наибольшей эффективности его молитве.

О пророчестве. Ральбаг

В прошлой статье мы затронули вопрос об условиях осуществления пророчества. По мнению Ральбага, исполнение пророчества о наказании зависит от поведения того, кому оно адресовано, ведь цель такого пророчества — побудить человека к раскаянию. Пророчество о награде исполняется только если говорит о естественном ходе вещей, однако если оно говорит о прямом вмешательстве Всевышнего, то оно исполнится при условии праведности того, кому оно адресовано.

В книге «Ор Ашем» рабейну Хисдай Крескас анализирует мнение Ральбага.

В первую очередь «Ор Ашем» разрешает противоречие между мнением Ральбага, и сказанным в Гемаре Брахот (7а): «Все сказанное Всевышним, даже если было обусловлено, сбывается». Из этого высказывания видно, что даже если условие не было исполнено, пророчество должно сбыться, вне зависимости от того говорит ли оно о награде или наказании.

Для того, чтобы объяснить слова Гемары, рабейну Хисдай Крескас разбирает обещание о награде, данное Всевышним Моше, которое не исполнилось. Всевышний пообещал сделать Моше родоначальником великого народа (Шмот 32, 10), при условии, что тот не будет молится за евреев. Обещание это не было исполнено Всевышним поскольку Моше нарушил поставленное ему условие и помолился о еврейском народе. Следовательно, есть условия, от исполнения которых зависит исполнение пророчества. Как же тогда понимать слова Гемары?

Рабейну Крескас считает, что Гемара говорит об условиях, не имеющих внутренней связи с объектом пророчества. То есть, если объект пророчества не является прямым следствием исполнения его условия, то пророчество может и не сбыться. В условии же, поставленном Всевышним Моше нету прямой зависимости между отсутствием молитвы и тем, что Моше станет отцом народа. Другими словами, если награда не полагается за исполнение условия самого по себе, а только в случае его исполнения, то пророчество может и не сбыться. Это очевидно из нашего случая, ведь Всевышний готов был наградить Моше за его заслуги, а никак не за то, что тот не молился о евреях.

Далее рабейну Хисдай Крескас указывает на фундаментальную проблему с мнением Ральбага. В соответствии с этим мнением, слова Торы о проверке пророческого дара говорят только об определенном виде предсказаний. Предсказание, которое не сбылось не всегда демонстрирует отсутствие пророческого дара, вполне возможно, что предсказание не сбылось поскольку говорило о прямом вмешательстве Всевышнего. Таким образом, Ральбаг вынужден будет объяснить, что критерий пророчества, описанный Торой справедлив только в отношении пророчества, касающегося природного течения вещей. По мнению рабейну Крескаса, истинность такого объяснения слов Торы представляется маловероятной.

Более того, продолжает рабейну Крескас, в соответствии с мнением Ральбага, проверка пророка представляется невозможной, поскольку не всякое пророчество непременно должно сбываться. Любое несбывшееся предсказание будет объяснено испытуемым как говорящее о прямом вмешательстве Всевышнего, ведь такого рода предсказания могут и не сбыться.

Помимо этого, рабейну Крескас несогласен и с тем, что отрицательный выбор человека не может повлиять на природное течение вещей. Рабейну Крескас говорит, что несмотря на чрезвычайно малую вероятность такого влияния, вероятность эта вполне реальна. В свете этого, вполне возможно, что пророчество о награде не сбудется, даже если оно говорит о природном течении вещей. Все это говорит о полной невозможности проверки пророка в соответствии с мнением Ральбага.

Проблемным, с точки зрения рабейну Крескаса, является также и объяснение Ральбага опасений Яакова, который не хотел полагаться на свое же пророчество. Раби Леви бен Гершон говорит, что Яаков знал, что предсказанное ему не говорит о природном стечении обстоятельств, поскольку это выходило бы за рамки естественного. Рабейну Крескас не согласен с этим утверждением. По его мнению, принимая во внимание возраст Яакова и то, что пророчество не относилось к его потомству, а только к нему самому, не было ничего сверхъестественного в том, что ему удалось бы прожить остаток своих дней в мире.

В следующий раз, с Б-жьей помощью, мы займемся мнением Рамбама.

О четырех локтях алахи

Давайте сопоставим взгляды Рамбама и рабейну Крескаса на цель создания человека.

Прежде всего обратим внимание на постановку вопроса. В то время как Рамбам говорит о цели создания человека, рабейну Крескас говорит о цели дарования Торы.

Рамбам рассматривает предназначение человека как части окружающего его мира. Поскольку все создания материального мира предназначены для чего-то, человек тоже должен иметь предназначение. Поняв потенциал человека, мы получим ключ к выяснению его предназначения.

Рабейну Крескас смотрит на человека в контексте его взаимоотношений с Творцом. Предназначение человека можно выяснить только анализируя его обязанности. Только выяснив, каким видит идеального человека Тора, мы сможем выяснить его предназначение.

Для Рамбама, Тора — это средство достижения идеала общего для всего человечества. Идеал пророков и философов тождественен, несмотря на то, что первые ошибаются в путях его достижения. Несомненно, что для Рамбама, только Тора является истиной в последней инстанции, однако он видит в ней отражение мировоззрения философов.

В отличие от Рамбама, рабейну Крескас видит Тору, как единственный критерий выяснения предназначения человека и мира. Поняв цель дарования Торы, мы сможем понять смысл существования человека и вселенной. Тора не только позволяет нам достигнуть совершенства, она служит его единственным критерием.

И Рамбам и рабейну Крескас видят Тору единственным залогом достижения совершенства. Однако их взгляд на связь между Торой и предназначением человека различается.

Для Рамбама, служение Всевышнему, предписанное Торой — это средство, а не цель. Тора — это средство достижения духовного совершенства. Однако, по Рамбаму, служение Всевышнему не является самоценным.

По рабейну Крескасу, любовь к Всевышнему, предписанная Торой, является конечной целью и предназначением человека. Служение Всевышнему имеет целью самое себя.

Рамбам объясняет высказывание Гемары (ברכות ח א) о том, что «у Всевышнего в этом мире есть только четыре локтя алахи», как подтверждение заключения философов о том, что целью создания мира был «мудрец, поступающий правильно». Четыре локтя — это место занимаемое совершенным человеком. Человеком, который достиг постижения Единства Всевышнего и совершенства характера посредством соблюдения законов Торы.

Вероятно, что объясняя высказывание Гемары по рабейну Крескасу необходимо будет сказать, что, вместо одинокого мудреца, достигшего совершенства, четыре локтя алахи занимает любой, кто ставит служение Всевышнего своей целью.

Об истинности суда

Гемара в Псахим (נ א) говорит, что в этом мире, услышав хорошие известия человек благословляет «Благословен, … делающий добро мне и другим», а на плохие — «Благословен … Судья истинный», а в будущем мире на любые известия будут благословлять «Благословен, … делающий добро мне и другим». В материальном мире Единство Всевышнего скрыто от людей, поэтому Его правосудие не очевидно. В будущем мире, когда Единство Всевышнего станет очевидным для всех, то, что казалось нам несправедливым окажется единственно правильным.

Необходимо понять почему благословение, постановленное на плохие известия говорит именно об истинности суда Всевышнего, а не о его справедливости?

В алахе есть понятие «цидук адин», что примерно переводится как «оправдание суда». Смысл этого понятия в том, что человек демонстрирует, что он принимает на себя справедливость постановления Всевышнего. Пример «цидук адин» мы находим в Гемаре Брахот (יט א). Гемара говорит, что человек, хоронящий одного из близких родственников должен сказать во время похорон, что несмотря на его грехи, Всевышний не взыскал с него даже за одну тысячную их. Смерть близкого родственника всегда кажется несправедливой, однако человек должен понимать, что это наказание посланное ему Всевышним полагается ему по закону.

Постановление Всевышнего, несмотря на свою истинность, не всегда выглядит справедливым в материальном мире. Человек, с которым произошло несчастье должен продемонстрировать себе и окружающим, что произошедшее с ним — справедливо. Только сам человек может осознать справедливость постановления Всевышнего, поэтому именно на него возложено сообщить об этом окружающим. Принимая на себя правосудие Небес, человек освящает, таким образом, Имя Всевышнего.

Вернемся к благословению «Судья истинный». Материальный мир скрывает от нас справедливость суда Небес, однако вера в его истинность является одной из основ иудаизма. Человек не может благословлять за то, что не очевидно. Если плохое событие, в результате, принесет добро, на него все равно нужно благословлять «Благословен … Судья истинный». Мудрецы постановили благословлять Всевышнего за истинность Его суда, поскольку только она очевидна в момент, когда до человека доходят плохие вести. Осознание справедливости плохой вести придет позже, поэтому сейчас мы не требуем от человека благословлять за то чего он не ощущает.

О значении снов

В своем комментарии на парашат Микец, Абарбанэль занимается обсуждением снов и возможности объяснения их значения. Тора рассказывает о вещем сне Паро, который был объяснен Йосэфом. Из сказанного в Торе мы видим, что сны говорят истину, с другой стороны, сказано в Берейшит Раба (פ»ט), что «увиденное во сне не имеет никакого значения». Необходимо выяснить, действительно-ли сны могут говорить о будущем, а также есть ли у человека возможность понять о чем именно говорит тот или иной сон.

Абарбанэль говорит, что некоторые сны могут дать человеку возможность заглянуть в будущее, однако не всякий сон несет в себе элементы пророчества. По мнению Абрабанэля сны делятся на три категории.

  • Сны, порожденные разумом человека, созданные его воображением, не несут в себе никакой информации о будущем, поскольку они возникли без влияния внешних сил.
  • Есть сны, которые человек видит под влиянием созвездий и других природных сил. Сны такого рода могут нести в себе информацию о будущем, однако, поскольку Всевышний может изменить естественный ход событий, сказанное в этих снах может не сбыться. О такого рода снах сказано в Гемаре (ברכות נז ב), что есть в них одна шестидесятая пророчества.
  • По настоящему пророческими являются только сны, посланные человеку Всевышним. Такого рода сны видели, в свое время, Авимелех и Лаван и такой сон увидел Паро.

Из рассказа о снах Йосэфа мы видим, что наши Праотцы обладали особыми знаниями и способностями, которые позволяли им толковать сны. Однако только мудрости и способностей недостаточно, чтобы точно объяснить значение сна. Даже если доподлинно известно, что сон содержит в себе элементы пророчества, толкование сна осложняется следующими вещами:

  • Даже пророческие сны содержат в себе ложные или бессмысленные элементы.
  • Элементы истины, содержащиеся во сне могут быть поняты человеком по-разному, так, например, два элемента могут говорить об одной вещи, а могут — о разных.
  • Истина может быть сообщена аллегорически, а может — напрямую.
  • Иногда сон может говорить о вещах непостижимых разуму толкователя, например, о вещах, которые должны произойти в дальних странах или — в далеком будущем.

Все перечисленное делает исчерпывающее объяснение сна, без вмешательства Всевышнего, невозможным. Именно это имел ввиду Йосэф, когда сказал, что «без меня Б-г объяснит сон Паро». Объяснение сна, данное Йосэфом было дано им под влиянием пророческого духа, посланного Всевышним, поэтому истинность этого толкования была очевидна для Паро.

Бен Зома о благодарности постояльцев

На прошлой неделе мы говорили о благодарности Бен Зома Всевышнему за то, что Он населил мир множеством людей. Бен Зома был благодарен Всевышнему за то, что у него нет необходимости самому заниматься всеми аспектами материального существования.

В этот раз мы рассмотрим нужно ли быть благодарным людям, которые пекут для нас хлеб или строят нам дома. На первый взгляд, люди работают для того, чтобы пропитать себя и свою семью. Ремесленник, занимаясь своим ремеслом, не имеет ввиду благосостояние своего клиента. Может быть тот, кто не имеет намерения помочь нам не заслуживает нашей благодарности?

Гемара в Брахот (נח א) продолжает и приводит еще одно высказывание Бен Зома о хорошем и плохом постояльце. Хороший постоялец говорит: «Посмотрите как старался для меня хозяин, сколько мяса он приготовил мне, сколько хлеба мне испек, сколько вина принес на стол, и весь этот труд — для меня!». Плохой постоялец говорит: «Разве хозяин старался для меня? Я, всего-то, съел одну булочку, один кусок мяса и выпил один стакан вина, всё, что делал хозяин он делал для своей жены и детей.»

Обратим внимание, что Бен Зома не называет постояльцев «правдивым» и «лживым», из этого мы видим, что оба они говорят правду, однако каждый из них смотрит на одну и ту же вещь по-разному. Действительно, все, приготовленное хозяином было приготовлено для его семьи, и, действительно, постояльцу досталась только малая часть из приготовленного, однако неблагодарность постояльца — это признак его злодейской натуры.

Мы должны быть благодарны даже человеку, сделавшему нам добро по-ошибке, ведь, в конце концов, мы получили пользу от его действий. Обязанность быть благодарным кому-нибудь не зависит от его намерения сделать нам добро, а от того, получили-ли мы это добро от него или нет.

Благословение Бен Зома

Гемара в трактате Брахот (נח א) рассказывает о мудреце по имени Бен Зома, который, видя огромные толпы евреев, благословлял Всевышнего за то, что Он создал ему столько прислужников.

Бен Зома объяснял свою благодарность Всевышнему на примере Адама, который должен был всё делать сам. Если Адам был голоден ему нужно был вырастить зерно, смолоть муку и испечь хлеб и только после этого он мог насытится. Чтобы быть одетым, ему нужно было стричь и обрабатывать шерсть, делать ткань и только после этого ему было во что одеваться. Мы, в отличие от Адама, находим все что нам нужно готовым, поскольку за нас кто-то уже всё это сделал.

В любую из вещей, которые окружают нас, вложены многие часы работы, которые нам пришлось бы потратить самим, если бы мы были в этом мире одни. Если мы не хотим, мы можем не учиться строить дома или делать мебель, ведь всегда есть кто-то, кто может это сделать вместо нас. Человек может сосредоточить свои усилия на одном ремесле и не заботится о том, что никаких других ремесел он не знает. Если бы не другие люди, которых создал Всевышний, то у нас не оставалось бы ни времени, ни сил на изучение Торы и исполнение заповедей.

Бен Зома видел, что если бы не милосердие Всевышнего, то у него не было бы возможности посвятить свою жизнь изучению Торы, поэтому он был благодарен Ему. Гемара хочет научить нас, что любой пристальный взгляд на окружающую действительность демонстрирует бесконечное добро Всевышнего, которое окружает нас. У нас нет обязанности говорить благословение Бен Зома, но это не освобождает нас от обязанности видеть в любом аспекте творения проявление милосердия Всевышнего.

Эмор, Абарбанэль

В парашат Эмор Абарбанэль объясняет смысл тумы мертвеца. Далее следует пересказ комментария Абарбанэля.

Главная задача человека в этом мире — следить за тем, чтобы душа его не попала под влияние материального. Идеальное состояние человека — это полная изоляция между духовным и материальным в его внутреннем мире. Душа должна остаться незапятнанной, так, чтобы в час смерти она смогла сразу подняться к Создателю, а тело — вернуться в землю. Именно это имеет ввиду Гемара в трактате Шабат (קנב א): «Верни Ему то, что Он дал тебе, в том же состоянии, в котором ты получил его».

Обычное состояние дел сильно отличается от идеала. Среди людей трудно найти тех, чья душа не подвержена влиянию материальности. Для большинства материальные ценности важнее духовных, поэтому душа их становится, в некотором смысле, материальной. Когда, на протяжении всей жизни, человек заботится о своем теле и забывает о душе, душа его становится зависимой от тела.

В момент смерти, душа как-бы разрывается, поскольку часть ее стала подобной телу настолько, что не может отделиться от него. Часть души не подверженная влиянию телесного стремится подняться к Всевышнему, а часть погрязшая в материальном стремится вернуться в землю вместе с телом. Талмуд в трактате Брахот (ח א) говорит, что душе злодея тяжело выйти из его тела, и сравнивает этот процесс с тем, как выбирают запутавшиеся колючки из клока шерсти.

Элементы души, которые настолько завязли в материальном, что не могут сразу подняться к Всевышнему остаются привязанными к телу. Эти «куски» души, оставшиеся привязанными к мертвому телу, Тора называет тумой. Поскольку души большинства людей, в той или иной степени, подвержены влиянию материального, Тора предостерегла коэнов от тумы любого мертвеца, и сделала туму мертвого самой тяжелой формой тумы.

В исключительных случаях, встречаются особые люди, чья душа совершенно чиста от всякого влияния материального. Мертвое тело таких, достигших совершенства, людей не затумляет. Сказано в трактате Ктубот (קג ב בשינוי נוסח ועיין בתוספות), что в день смерти Рэби были отменены законы тумы для коэнов, а именно, что коэнам можно было заниматься его похоронами.

Из этого отрывка мы видим, что Абарбанэль объясняет туму мертвого, как отдельный феномен, а не часть общего понятия тумы. Согласно Абарбанэлю каждый отдельный вид тумы имеет свое собственное объяснение, а не вписывается в рамки одного определения. Такой подход характерен для Абарбанэля.

Интересно заметить также, что Абарбанэль считает, что человек не может «освятить материальное» в самом себе. Абарбанэль говорит, что задача человека — это достичь совершенства души, оберегая ее от пагубного влияния тела, но само тело должно вернуться в землю, откуда и было взято.

Шабат Шалом.

Талмид хахам и смерть

Мишна в трактате Брахот (כח, ב) говорит, что Раби Нехуния бен Акана говорил короткую молитву, когда выходил из бейт мидраша (дома учения) по окончанию учебы. Гемара приводит текст этой молитвы, который говорит примерно следующее:

Благодарю Тебя Б-г Всемогущий за то, что мой удел среди учащихся в бейт мидраше, а не среди тех, кто праздно проводит время сидя на улице… За то, что … я получаю награду за свой труд, а они не получают награду за свой труд. За то, что … я бегу к жизни в Будущем мире, а они бегут в могилу.

Рабейну Йона указывает на то, что молитва, казалось бы, повторяет одну и ту же мысль дважды. Будущий мир – это награда, поэтому только тот, кому полагается награда за его усилия сможет попасть в него. Бездельник, который не делает ничего, заслуживающего награды, не может надеяться на награду в Будущем мире.

В своем объяснении Рабейну Йона говорит, что молитва не повторяется, а бег, о котором она говорит – это бег времени.

Талмид хахам видит, что время, отведенное ему в этом мире, стремительно подходит к концу, он чувствует, что бежит на встречу своей собственной смерти. Осознавая, что он не вечен, изучающий Тору готовит себе «запасы в дорогу», чтобы удостоиться жизни в Будущем мире.

Рабейну Йона говорит, что те, кто проводят время без изучения Торы не чувствуют, что их жизнь когда-нибудь закончится. Бездельник не чувствует себя смертным, до тех пор пока смерть не застает его врасплох. Человек который не видит конца своему существованию не заботится о том, что ожидает его после смерти и не занимается тем, чтобы заготовить себе «запасы в дорогу».