О согбенных фигурах и кислых лицах

Distant Shore

На протяжении всей истории иудаизма были люди, которым мешала ограниченность, присущая, по их мнению, его интеллектуальной элите. Им мешала изоляция Торы от бурлящей вокруг нее жизни. По их мнению, замкнутость в «четырех локтях алахи» не только лишала Тору жизненной силы, но и оскверняла имя Всевышнего. При этом не имело значения, что служило отправной точкой такой критики. Этим могло быть очарование наукой, политическим движением или даже собственный мистический опыт. Как бы то ни было, традиционный талмудист переставал восприниматься ими как идеал служения Всевышнему.

Речь не шла о замене изучения Торы чем-то еще, совсем наоборот. Изучение Торы, утратившее, по их мнению, жизненную силу и глубину, должно было вновь обрести свежесть модных философских идей, или непосредственность мистических откровений. Другими словами, традиционное изучение Торы должно было служить отправной точкой, но не могло быть идеалом.

Очень хорошей иллюстрацией такого взгляда могут служить слова рава Кука («Игрот Ареия» I, стр. 185), описывающие его мысли по поводу создания ешивы «Мерказ Арав».

Основа всех внутренних разногласий состоит в том, что душа новых поселенцев не может вынести дух, манеру и характер людей старого толка. … Энергия, радость жизни, смелость, широта взглядов и национальная гордость, присущее новым поселенцам не может вынести согбенную фигуру, кислое лицо полное печали, излучающее страх и слабость … все это не может быть не вызывать у них раздражения. Поскольку описанное выше встречается крайне часто среди воспитанников ешив старого толка, очень велико их нежелание допускать равввинов в поселения…

Такое обновление ни в коем случае не приведет к тому, что Тора забудется, … а только к широте кругозора, углублению и расширению знания Торы, к увеличению любви к ней, к возвышению еврейской души и к изгнанию чуждых ей веяний … посредством возвышенности души, возникающей из осознания ценности Торы и ее Б-жественной силы, проявляющейся именно в ее всеобъемлющем характере.

Нельзя сказать, что попытки этих людей изменить иудаизм никак не повлияли на него. Справедливо, однако, и то, что влияние это носило гораздо более ограниченный характер, чем им хотелось бы. Причина этого состоит в двойственности идеала, к которому стремились такие идеологии. В попытке синтеза двух разные тенденций, даже если разница эта представляется как искусственная, неизбежно возникает вопрос о приоритете одной тенденции за счет другой. Не смотря на то, что сами идеологи перемен могли, в той или иной степени, служить примером такого синтеза, этого нельзя было сказать об их последователях.

Предпочтение всегда отдавалось тому, что воспринималось, как безусловно относящееся к иудаизму — традиционному изучению Торы. При этом новый элемент не отрицался, однако его глубина нивелировалась и вместо того, чтобы служить катализатором перемен он превращался в клише. Последующие поколения больше не претендовали на реализацию идей основателей, а на сохранение их характеристик. Разница подобная разницей между самим мистическим опытом и его описанием.

Разница эта хорошо описана в следующей хасидской истории:

Когда Бааль Шем-Тов узнавал о трагедии, готовящейся прийти на еврейский народ он в одиночестве уходил в лес. В лесу он находил особое место, где зажигал огонь и говорил особую молитву. В ответ на это Всевышний делал чудо и катастрофа была предотвращена.

Позже, когда народу грозила катастрофа, ученик Бааль Шем Това — Магид из Межерича шел в это особое место в лесу, где говорил: «Рибойно шель ойлом, я не знаю как зажечь огонь, но я еще помню молитву моего учителя!» и этого было достаточно, и трагедия была предотвращена.

Еще позже, Мойше Лейб из Сасова, приходил на это место в лесу и говорил: «Рибойно шель ойлом, я не знаю как зажечь огонь и я забыл молитву, но я еще помню это место!» И этого было достаточно, и чудо происходило.

Когда раби Исроэль из Ружина нуждался в помощи небес, он говорил: «Рибойно шель ойлом, я не знаю как зажечь огонь и я забыл молитву, я забыл даже место в лесу, но я еще помню эту историю, неужели этого не достаточно!?» И этого было достаточно.

Таким образом то, что воспринималось как закостеневшее и анахроничное, оказывалось на поверку по-настоящему жизнеспособным. На мой взгляд именно это имеет ввиду Раши (Дварим 27, 9), когда требует, чтобы слова Торы каждый день были в наших глазах как новые. Не имеется ввиду необходимость обновлять Тору извне. Речь идет о том, чтобы уже известное нам пробуждало в нас то же воодушевление, которое мы испытывали при первом знакомстве.

О взаимоотношениях

В прошлый раз мы говорили о вопросе взаимоотношения личности и общества, которая стоит перед бааль тшува. Мы упомянули, что ситуация осложняется положением бааль тшува как пришельца, покинувшего одно место, но еще не прижившегося в другом. Мы сказали также, что общество соблюдающих иудаизм, отличается от других тем, что вне его невозможно представить себе полноценное служение Всевышнему. Для этого общества характерно также достаточно строгие рамки и требования, которым должны соответствовать его члены.

Так как же достичь баланса, позволяющего человеку стать частью общества не потеряв, при этом, своей индивидуальности? На самом деле, чтобы ответить на этот вопрос необходимо проанализировать взаимоотношения человека с кем-то из близких ему людей. Наряду с взаимоотношениями человека и общества, во взаимоотношениях человека и человека тоже необходимо найти баланс между заботой о своих интересах и интересах партнера.

Очевидно, что здоровые взаимоотношения двух людей не могут строится на полном игнорировании интересов одного из них. Полная подчиненность другому, также как и полное его подчинение себе, нельзя назвать примером продуктивных взаимоотношений. Обе этих крайности ведут к взаимной зависимости, которая, в свою очередь, ведет к разрушению настоящей индивидуальности.

По настоящему плодотворные отношения могут строиться только на любви. Любовь предполагает заботу об интересах ближнего без ущемления интересов самого себя. Более того, прикладывая душевные и физические усилия к заботе о нуждах партнера, я тем самым делаю его частью себя и становлюсь частью его. В любви, таким образом, лежит ключ к единству, которое предполагает сохранение индивидуальности.

Подобно тому, как любовь к ближнему позволяет человеку избавиться от чувства одиночества и сохранить свою личность, так же и взаимоотношениях человека с группой людей должны строится на любви. Невозможно только брать от общества, без того, чтобы быть готовым давать ему. С другой стороны, человек, готовый отказаться от своей индивидуальности ради конформизма, не сможет оказать на общество положительного влияния.

О конформизме

Определение своего положения в обществе — это один из наиболее важных вопросов, стоящих перед индивидуумом. Полная изоляция от общества ведет к сумасшествию и, таким образом, разрушению личности. Попытка раствориться в обществе с помощью абсолютного конформизма ведет к потере какой бы то ни было индивидуальности и, опять же, разрушению личности.

Единственным вариантом нормального существования человека, таким образом, может быть жизнь в рамках общества, которая предполагает определенную независимость от него. Человек должен уметь сохранить свою индивидуальность, являясь в то же время частью общества себе подобных.

Для баалей тшува вопрос соотношения общества и индивидуума стоит особенно остро. Чтобы объяснить это утверждение обратим внимание на человека, вернувшегося к иудаизму и на общество людей, практикующих иудаизм.

Процесс возвращения к иудаизму предполагает разрыв с обществом, в котором человек вырос, обществом, в отношениях с которым человек достиг определенного баланса. Часто именно неудовлетворенность обществом или своим положением в нем служит важным фактором в решении человека заняться духовным поиском. Однако, разорвав связь с одним обществом, человек не может не начать поиск своего место в другом.

Именно такое положение бааль тшува как аутсайдера, пытающегося найти свой путь внутрь, особенно остро ставит перед ним вопрос о том, где проходит граница между конформизмом и индивидуализмом. В этом, новом, обществе ему неясно, что является выходом за рамки общепринятого, а что нет. Что следует изменить в угоду принадлежности к обществу, а что пойдет в ущерб его индивидуальности.

Соблюдение заповедей Торы предполагает жизнь внутри общества. На практике, нет ни одной сферы человеческой жизни, в отношении которой иудаизмом не было бы выработано какого-либо общественного ритуала. Все в жизни религиозного еврея, начиная с рождения и кончая похоронами, происходит при участии окружающих. Общество соблюдающих евреев это общество с достаточно жесткими критериями того, что принято, а что нет. Стать частью такого рода общества предполагает определенные усилия, большие, чем в случае общества отличающегося большей либеральностью.

Таким образом задача, стоящая перед бааль тшува гораздо более сложна чем перед человеком, переезжающим из одной страны в другую.

О взаимопонимании

В парашат Ноах Тора рассказывает о смешении языков, которое стало наказанием строителям вавилонской башни. Строительство башни было примером неслыханного единства — всё население мира, поголовно, работало день и ночь, ради общей идеи. Однако мы видим, что в момент смешения языков единство это испарилось. Отсутствие возможности понимать друг-друга не может объяснить то, что, внезапно, люди оставили Идею, ради которой только вчера они были готовы на любые жертвы.

Абарбанэль объясняет, что происшедшее выходило за рамки материального. Смешение языков было лишь симптомом более глубоких, духовных перемен. Каждое из семейств перешло под управление отдельного ангела, посланного и, в свою очередь, управляемого Всевышним. Влияние ангелов повлекло за собой изменение в духовной природе людей, которое выразилось в изменении языка, желании жить в определённой местности и появлением отличного от других мировоззрения.

Из слов Абарбанэля мы видим, что различное видение мира — это вещь гораздо более глубокая чем отсутствие взаимопонимания.

Западная цивилизация свято верит в решение всех проблем посредством диалога. Множество организаций занимаются разъяснительной работой в надежде искоренить ненависть. Люди действительно верят, что если бы стороны смогли понять позицию друг-друга, то они обязательно нашли бы общий язык. Межконфессиональный диалог стал одним из любимых детищ либерально настроенных деятелей.

Вера в то, что накопление знаний сможет изменить человека к лучшему — это заблуждение оставшееся нам в наследство от эпохи просвещения. Для того, чтобы пойти на встречу оппоненту требуется желание, которое не может возникнуть от изучение его позиции.

Интеллектуальный поиск не тождественен стремлению к моральному и духовному совершенству. Человек построен так, что осознание правильности чего-либо не обязательно приводит к его воплощению в жизнь.

О дискриминации

Уровень обучения в ашкеназских и сефардских школах и ешивах одинаков. Соотношение спроса и предложения на раввинов и учительниц таков, что любое учебное заведение может позволить себе выбирать лучших из лучших. В чём же разница? Почему сфарадим хотят учиться в ашкеназских ешивах, а ашкеназы — в сефардских, нет?

Ашкеназские учебные завединия более престижны, чем сефардские. Престиж, по определению, не основан на объективных показателях. Престиж — это иллюзия, создаваемая и поддерживаемая обществом. Как и любая другая иллюзия, эффективность ее напрямую зависит от того, насколько широко распространена вера в нее.

Проблема состоит не столько в том, что ашкеназские учебные заведения не хотят принимать всех желающих сфарадим, а в том, что сфарадим верят в то, что ашкеназские учебные заведения лучше, чем сефардские. Движение Шас, созданное в начале восьмидесятых, было призвано изменить такое положение дел, но, к сожалению, до сих пор, этого не произошло.

Можно долго говорить, о причинах ашкеназского элитизма в хилонимном Израиле, но несомненно только то, что происходящее в харедимном обществе — это всего лишь его отголоски.

Является-ли право обучаться в престижном учебном заведении элементарным правом любого человека? Теоретически, может быть. На практике, вряд-ли. Нередко, при поступлении в очень престижные университеты, академические успехи претендентов не несут решающего значения.

Действительно, очень больно видеть, что дети из хороших семей не могут попасть в престижную ешиву только потому, что их фамилия Абутбуль, а не Людмир. На самом деле тяжело слышать, что сефардские родители предпочитают оставлять своих дочерей дома, вместо того, чтобы посылать их в сефардские школы. Однако решение этой проблемы путем силовых действий только усугубит ее.

О возвращении в Эрец Исраэль

Пророк Захарья (ב, י) приводит слова Всевышнего к еврейскому народу: «… как четыре ветра рассеял Я вас…».

Гемара в трактате Таанит (ג, ב) спрашивает, почему написано «как четыре ветра», а не «на четыре ветра». Из того, что пасук выражается таким, на первый взгляд, странным образом Гемара учит, что Всевышний говорит евреям: «Также, как мир не может существовать без ветров, так не может существовать он и без народа Израиля.» Гемара говорит, что если бы ветры прекратились, то мир не смог бы продолжать существовать. Пасук говорит «как четыре ветра, так и то, что Я рассеил вас необходимо для существования мира.» Точно также как и без ветров, без еврейского народа, рассеянного по всем сторонам света, мир не сможет существовать.

Раши объясняет слова Гемары и говорит, что Всевышний рассеял евреев на все четыре стороны света, чтобы в любое время дня и ночи были в мире евреи, учащие Тору. Чтобы изучение Торы не прерывалось ни на минуту Всевышний рассеял евреев по всему миру таким образом, что, когда в одном месте люди спят, в другом есть кто-то кто продолжает учиться.

На первый взгляд, по мнению Раши непонятно, что было до того, как еврейский народ ушел в галут и как мир сможет существовать после того, как евреи вернутся в Эрец Исраэль. Если существование мира зависит от рассеяния евреев, как мы можем молиться о возвращении в землю Израиля? Когда все евреи будут жить в одном месте, что будет с изучением Торы днем и ночью?

Ответ на этот вопрос очень прост. До того, как еврейский народ ушел в галут в любое время дня и ночи были талмидей хахамим, которые учили Тору в Эрец Исраэль. Изучение Торы не прерывалось не на секунду. Когда появилась слабина в изучении Торы, и появилась опасность для существования мира, Всевышний рассеял евреев на все четыре стороны. Только когда уровень изучения Торы вернется на свой прежний уровень, мы сможем вернуться на свою землю.

Когда мы молимся о возвращении в землю Израиля мы молимся в первую очередь о понимании Торы. Геула – это не скоростные дороги, апельсиновые сады и гидропонические системы. Возвращение в Эрец Исраэль необходимо для того, чтобы бней Исраэль смогли полностью погрузиться в изучение Торы. Материальные блага земли Израиля – это не цель, а, всего лишь, средство. Цель возвращения – это глубокое понимание Торы, которая является основой существования мира.

О независимости

Споры по поводу отношения Иудаизма к Государству Израиль – вещь достаточно частая. На первый взгляд точка зрения харедим в этом вопросе совершенно непонятна. Не помогает положению и то, что большинство дискуссий концентрируются на вещах второстепенных, которые не указывают на истинную природу разногласия.

Часто с нами происходят вещи, тривиальные, на сторонний взгляд, которые производят на нас большое впечатление. Вопрос в отношении к таким происшествиям – насколько будет правильно, с нашей стороны, кардинально изменять наше служении Всевышнему, основываясь на вещах, которые имеют значение только для нас.

Представьте себе босого еврея, который идет по дороге и которому очень не хватает обуви. На каждом шагу этот еврей молит Б-га помочь ему и послать ему пару ботинок. Вдруг, посреди дороги наш еврей видит коробку с шикарными туфлями. (Предположим, что в нашем случае, по разным причинам, нету обязанности возвращать потерю хозяевам.) Радостный еврей совершенно оправдано видит в этом случае проявление Б-жественного милосердия. Одевая туфли на свои измученные ноги еврей замечает, что они малы ему на два размера.

Что делать? Предположим, что наш еврей решает, что нельзя пропускать момент благосклонности Небес и продолжает дорогу в новых туфлях. Он говорит себе, что, если Всевышний послал ему эти туфли, то это лучшая обувь, которой он достоин на данный момент. Он не чувствует облегчения, но утешает себя мыслью, что плохая обувь лучше никакой. Он убеждает себя и окружающих, что его мучения – это тьма перед рассветом, что если их только растоптать эти туфли станут шикарными ботинками подходящего размера с медными пряжками.

Харедим видят в нашем еврее религиозных сионистов.

Религиозный сионизм ошибочно видит в Государстве Израиль, в его нынешнем состоянии, религиозную значимость. По мнению религиозных сионистов интересы государства должны влиять на алаху, в той же мере, в которой на нее влияют соображения чисто алахического характера. Никто не оспаривает мнение харедим, что Израиль, как государство очень далеко от соответствия законам Торы. Нет никого, кто может обвинить Израильский истеблишмент в особой любви, или даже толерантности, к Иудаизму и соблюдающим его евреям, но, несмотря ни на что, любые проблемы, существующие в еврейском государстве воспринимаются религиозным сионизмом как временные препятствия на пути к полному избавлению.

Харедим согласны, что возвращение евреев в Землю Израиля – это чудо и проявление милосердия Всевышнего. Харедим не согласны с тем, что алаха может быть изменена, чтобы соответствовать желаниям людей, ее не соблюдающих. С точки зрения алахи нет разницы между нынешним израильским правительством и правительствами Америки или России.

Почему я никак не отмечаю «День памяти Катастрофы и героизма»

Многие люди думают, что дата 27 Нисана – это день, когда произошло восстание в Варшавском гетто. На самом деле востание произошло в эрев Песах 14 Нисана. Что же собственно произошло в день 27 Нисана? История умалчивает о каких-либо мало-мальски значимых событиях, связанных с Катастрофой европейского еврейства, произошедших в этот день. Почему же в Израиле этот день является официальной датой? Просто потому что тогдашнее правительство решило, что шесть дней после Песаха – неплохой день для того, чтобы еще раз сказать «Где был Б-г во время Катастрофы™».

Как ясно видно из официального названия и даты дня Катастрофы, изначально он не предназначался для памяти о всех жертвах нацистов. В этот день хотели праздновать героизм, тех, кто решил «Взять свой жребий в свои руки™», как подобает достойным представителям нового еврейского народа. Гораздо позже, после трагедии в Мюнхене, истеблишмент понял, что даже те, кто не сражался с нацистами с оружием в руках достоин памяти граждан государства Израиль.

Минута молчания – это совершенно бессмысленный ритуал, заимствованный у неевреев. Евреи, поминая усопших, читают Теилим, говорят о праведности умершего, учат Мишнает и тому подобное. Чтобы не забыть о жертвах Катастрофы, нужно интегрировать их память в повседневную жизнь. Останавливаясь во время гудка, люди показывают, что память о погибших достойна лишь одной минуты в год.

Учащийся ешивы, который учит отрывок из книги «Ковец шиурим» Рава Эльхонона Вассермана, да отомстит Всевышний за его кровь, делает для памяти о жертвах Катастрофы неизмеримо больше, чем минута молчания всех презрительно относящихся к иудаизму израильтян.

Нет мне не жалко одной минуты и я не хочу привести к «Расколу в Народе™», просто я не собираюсь позволять людям далеким от еврейских ценностей навязывать мне способ, которым я буду помнить о тех, кто погиб для освящения Имени Всевышнего, да отомстит Он за их кровь.

Личность и общество

В Израиле есть организация религиозной молодежи под названием «Эзра». Я понятия не имею, чем эта организация отличается от «Бней Акива» и чем она вообще занимается, но, что однозначно – никакого отношения к харедим эта организация не имеет уже очень давно. Так вот «Эзра» поменяли название. Вместо бывшего названия «Организация харедимно-сионистской молодежи» они теперь называются «Организация Тораническо-сионистской молодежи». Интересно в этом то, что решение это было принято далеко не единогласно.

Любой человек уникален. Любой человек является частью какого-нибудь общества. Эти два утверждения не противоречат друг-другу.

Сейчас модно не относить себя к какой бы то ни было группе. Среди религиозных евреев это тоже встречается. Особенно часто это встречается среди баалей тшува.

Люди, отрицающие свою принадлежность к какому-либо социуму, любят говорит о том, что они не хотят себя ограничивать какими-то рамками. Они рассуждают о том, что у любого общества есть достоинства и недостатки, и нету смысла подписываться на недостатки из-за достоинств. Индивидуальность этих людей, по их мнению, не может быть категоризована.

Это, конечно же, демагогия.

Любой человек, особенно в религиозном обществе, относятся к какому-либо течению, подписывается на какую-нибудь идеологию, придерживается каких-то обычаев. Чаще всего ответ на вопрос, к какому обществу принадлежит человек неоднозначен только для него самого.

Это нисколько не уменьшает уникальность индивидуума и не ограничивает его самовыражение.

Мне кажется, что «Эзра» поступили правильно. Признание своей принадлежности (или не принадлежности, как в случае с «Эзрой») к определенному обществу это первый шаг к осознанию своего места в мире. Осознание своего места в мире необходимо для служения Всевышнему, точно так же как и осознание своей обязанности исполнять Его волю.