Благословение Бен Зома

Гемара в трактате Брахот (נח א) рассказывает о мудреце по имени Бен Зома, который, видя огромные толпы евреев, благословлял Всевышнего за то, что Он создал ему столько прислужников.

Бен Зома объяснял свою благодарность Всевышнему на примере Адама, который должен был всё делать сам. Если Адам был голоден ему нужно был вырастить зерно, смолоть муку и испечь хлеб и только после этого он мог насытится. Чтобы быть одетым, ему нужно было стричь и обрабатывать шерсть, делать ткань и только после этого ему было во что одеваться. Мы, в отличие от Адама, находим все что нам нужно готовым, поскольку за нас кто-то уже всё это сделал.

В любую из вещей, которые окружают нас, вложены многие часы работы, которые нам пришлось бы потратить самим, если бы мы были в этом мире одни. Если мы не хотим, мы можем не учиться строить дома или делать мебель, ведь всегда есть кто-то, кто может это сделать вместо нас. Человек может сосредоточить свои усилия на одном ремесле и не заботится о том, что никаких других ремесел он не знает. Если бы не другие люди, которых создал Всевышний, то у нас не оставалось бы ни времени, ни сил на изучение Торы и исполнение заповедей.

Бен Зома видел, что если бы не милосердие Всевышнего, то у него не было бы возможности посвятить свою жизнь изучению Торы, поэтому он был благодарен Ему. Гемара хочет научить нас, что любой пристальный взгляд на окружающую действительность демонстрирует бесконечное добро Всевышнего, которое окружает нас. У нас нет обязанности говорить благословение Бен Зома, но это не освобождает нас от обязанности видеть в любом аспекте творения проявление милосердия Всевышнего.

О единстве

Девятое Ава — это время, когда говорят о беспричинной ненависти, которая послужила причиной разрушения второго Храма и беспричинной любви, которая станет причиной Освобождения. Время, когда говорят о важности единства, еврейского народа, единства, подобного тому, которое мы пережили на горе Синай. Единства, благодаря которому Всевышний прощает еврейскому народу тяжелейшие прегрешения.

В большинстве случаев, когда мы говорим о единстве, мы имеем ввиду согласие с нами, ведь мы всегда правы. Причиной раскола всегда являются те, чье мнение отличается от нашего. Наши желания всегда соответствуют Торе, а те, кто стоит на нашем пути подобны спорящим с Моше Рабейну. Даже если мы спорим — это, всегда, споры во имя Небес, которые, ни в коем случае, не являются порождением нашей необъективности.

Ребе из Коцка сказал: «Когда я был молод, я хотел изменить весь мир, повзрослев, я решил ограничится своей общиной, сейчас, когда я состарился, я надеюсь, что у меня получится изменить самого себя.» Слова Коцкера обычно понимают по-простому, а именно, что глобальные изменения возможны только как следствие основательной внутренней работы. Это, конечно же, правильно, но мне хотелось бы, с вашего разрешения, взглянуть на высказывание Коцкера с другой стороны.

Только человек, который провел всю жизнь в работе над собой, наконец-то, понимает, насколько субъективен его взгляд на мир. Наша предвзятость позволяет нам видеть проблемы только вне себя, а наши собственные проблемы оставляет покрытыми тайной. С годами, человек учится видеть свои недостатки, начинает сомневаться в своей непогрешимости и понимает, что его взгляд на мир требует корректировки.

Чтобы объективно оценить пути решения проблем окружающего нас мира, нам, прежде всего, необходимо избавится от нашей собственной предвзятости. Пока мы не избавимся от пристрастности, наша оценка действительности не может быть правильной. Неправильно оценивая себя и других мы только усугубляем проблему, что, в результате, приводит к расколу.

Осознание собственной пристрастности — это ключевой момент по дороге к единству. Вещи, которые мешают единству лежат не столько в других, сколько находятся внутри нас. Работая над искоренением наших предубеждений мы, тем самым, приближаемся к идеалу, который предписала нам Тора, соблюдение которой и является залогом единства.

Скромность талмидей хахамим

Однажды раби Акива Эйгер приехал в Варшаву. Все евреи Варшавы вышли встречать великого мудреца Торы. Раби Акива Эйгер, который был сутулым, увидев огромное количество людей, пришедших посмотреть на него, спросил у одного из своих сопровождающих: «Неужели в Варшаве никогда не видели сгорбленного старичка?»

Тот же самый раби Акива Эйгер как-то сказал про самого себя: «Я олицетворяю почет Торы в своем поколении.» Сказал он это, когда одна из сторон в очень публичном имущественном споре стала распускать ложные слухи о заинтересованности раби Акивы Эйгера в выигрыше противоположной стороны. (Подобное высказывание можно найти в письме 72 из сборника писем раби Акивы Эйгера.)

Как может быть, что, в одном человеке, крайняя скромность сосуществует с осознанием своего положения, как величайшего мудреца Торы своего поколения?

Хазон Иш говорит, что ответ кроется в мишне из Пиркей Авот, которая говорит: «Выучив много Торы, не думай, что ты сделал кому-то одолжение, ведь для этого ты и был создан.»

Для талмид хахама, его Тора — вещь настолько же очевидная, как и то, что солнце встает на востоке. Восход солнца не зависит от знания людей о нем. Солнце будет всходить на востоке, даже если все будут ждать его восхода на западе. Также, как восход солнца не является заслугой человека, знающего о нем, также Тора талмид хахама — это истина, которая не зависит от его знания о ней.

Пренебрегающий Торой талмид хахама, в его глазах, подобен тому, кто высказывает сомнение в общеизвестных фактах. Не нужно быть большим ученым, чтобы указать людям, ожидающим восхода на западе, на их ошибку. Талмид хахам, постановляющий алаху, не видит в знании этой алахи своей заслуги, поскольку для него алаха — очевидна.

Рав Шах, сказал, что раби Акива Эйгер прекрасно знал, о том, что он один из величайших мудрецов своего поколения, но он знал также, что должен смеяться над почетом, оказываемым ему.

Для талмид хахама, почет окружающих — смешон, для него он подобен почету, который оказывают тому, кто знает, что солнце встает на востоке.

Коцкер и правдивый хасид

Любое высказывание ребе из Коцка — это очень глубокий и беспощадно правдивый взгляд на природу человека.

Как-то один из хасидов Коцкера повел себя неподобающе. Когда пришло время очередного визита этого хасида, Ребе поинтересовался, в чем была причина такого его поведения.

Хасид объяснил Ребе, что он, будучи человеком прямолинейным, не хотел притворяться, что находится на более высоком духовном уровне. «Понимаете, Ребе, я знаю, что я не праведник, поэтому если бы я повел себя как положено, это было бы ложью, а я человек честный,» — сказал хасид.

Коцкер, основой служения Всевышнему которого была правда, казалось, был впечатлен честностью своего хасида.

— Значит ты человек правдивый?
— Да, Ребе.
— Ну, тогда место тебе в «Мире правды» со Всевышним, а не в этом мире — «Мире лжи»!

Ребе из Коцка учит нас, что человек осознающий обязанность сделать что-либо, должен это делать несмотря на ощущение неискренности своих действий.

Нам хочется, чтобы мы ощущали, что действия наши правильны. Нам хочется чувствовать вдохновение при исполнении заповедей и изучении Торы. Нам недостаточно осознавать, что то, что мы делаем — это правда, нам хочется это чувствовать.

Ощущение правильности наших действий — это замечательно, однако ощущение это второстепенно по отношению к осознанию нашей обязанности поступать правильно.

Талмид хахам и смерть

Когда я учился в иерусалимской ешиве «Бейт Шмуэль», машгиахом (ответсвенным за духовный рост учащихся) там был Рав Нафтоли Каплан. Рав Нафтоли — это один из наиболее интересных и значимых машгихим в мире ешивот.

В то время, беседы о мусаре Рава Каплана были направлены на то, чтобы слушающие их смогли научится видеть в самых тривиальных вещах инструмент, который поможет им продвинуться в служении Всевышнему.

Однажды рош ешива, Рав Эренфельд, говорил в ешиве эспед (поминальную речь) об одном из людей, которые на протяжении многих лет поддерживал «Бейт Шмуэль». Поскольку умерший при жизни не говорил на иврите, Рав Эренфельд говорил на идиш. Речь рош ешивы затянулась и некоторые из бахурим, которые не понимали идиш, начали перешептываться, а некоторые потихоньку улизнули и пошли заниматься кто чем.

На следующий день Рав Каплан давал еженедельную беседу по мусару перед всей ешивой. В сихе Рав Нафтоли обратил внимание учеников на то, как мало человек думает о своей смертности.

«Вчера, прямо перед вами лежало тело человека, который не так давно жил, дышал, исполнял заповеди,» — говорил машгиах: «Как можно вести себя легкомысленно в присутствии мертвеца?! Если бы человек понимал, что в один день, через 120 лет по нему будут говорить эспед, он бы не смог вести себя как будто не произошло ничего особенного. Многие жители Иерусалима каждый день проезжают мимо кладбища «Санэдрия», на стене которого метровыми буквами написано: «Место собрания всех живущих». Сколько из тех, которые видят эту надпись задумываются над ее смыслом?»

В своей сихе Рав Каплан продемонстрировал, как простой анализ действительности может заставить человека пересмотреть свои приоритеты. Всем понятно, что тот, кто чувствует, что каждый прошедший день приближает его к суду Небес, не может сидеть сложа руки. Все знают, что каждая возможность поучить еще немного Торы, исполнить мицву уникальна, что она не предоставится еще раз. Очень немногие принимают к сердцу, то, что жизнь их когда-нибудь закончится и им придется давать отчет за свои действия.

Слова Рава Нафтоли Каплана демонстрируют, насколько отличается взгляд талмид хахама от взгляда простого человека. То, что для нас — простая поездка в автобусе, для талмид хахама — это инструмент служения Всевышнему. То, где мы, простые люди видим обыденность, талмид хахам видит возможность улучшить себя и приблизится к Торе.

Талмид хахам и смерть

Мишна в трактате Брахот (כח, ב) говорит, что Раби Нехуния бен Акана говорил короткую молитву, когда выходил из бейт мидраша (дома учения) по окончанию учебы. Гемара приводит текст этой молитвы, который говорит примерно следующее:

Благодарю Тебя Б-г Всемогущий за то, что мой удел среди учащихся в бейт мидраше, а не среди тех, кто праздно проводит время сидя на улице… За то, что … я получаю награду за свой труд, а они не получают награду за свой труд. За то, что … я бегу к жизни в Будущем мире, а они бегут в могилу.

Рабейну Йона указывает на то, что молитва, казалось бы, повторяет одну и ту же мысль дважды. Будущий мир – это награда, поэтому только тот, кому полагается награда за его усилия сможет попасть в него. Бездельник, который не делает ничего, заслуживающего награды, не может надеяться на награду в Будущем мире.

В своем объяснении Рабейну Йона говорит, что молитва не повторяется, а бег, о котором она говорит – это бег времени.

Талмид хахам видит, что время, отведенное ему в этом мире, стремительно подходит к концу, он чувствует, что бежит на встречу своей собственной смерти. Осознавая, что он не вечен, изучающий Тору готовит себе «запасы в дорогу», чтобы удостоиться жизни в Будущем мире.

Рабейну Йона говорит, что те, кто проводят время без изучения Торы не чувствуют, что их жизнь когда-нибудь закончится. Бездельник не чувствует себя смертным, до тех пор пока смерть не застает его врасплох. Человек который не видит конца своему существованию не заботится о том, что ожидает его после смерти и не занимается тем, чтобы заготовить себе «запасы в дорогу».

Маараль о благодарности

В одном из предыдущих постов мы говорили о словах Маараля в книге «Гур Арье» на парашат Берешит. Маараль говорит, что запрещено делать добро человеку, который не понимает, что то, что ему делают – это добро, и тем более человеку неблагодарному.

В этом посте я попытаюсь объяснить почему же слова Маараля – это хидуш.

Прежде всего из слов Маараля непонятно в чем именно причина запрета. Маараль не объясняет, что именно произойдёт, если запрет делать добро в такой ситуации будет нарушен.

Хидуш Маараля, на первый взгляд расходится с тем как Хазаль объяснили заповедь уподобляться Всевышнему. Гемара в трактате Шабат (קלג, ב) говорит, что необходимо быть подобным Всевышнему: «Также как Он милостив, будь и ты милостив». Всевышний делает добро всем, вне зависимости от того испытывают-ли они по отношению к Нему благодарность, или понимают-ли они, что им делают добро или нет. Из упомянутой Гемары мы видим, что подобно Всевышнему мы должны делать добро всем тем, кто в этом добре нуждается, без исключения.

Несмотря на то, что Маараль говорит вещь, которая нам может показаться странной, подобной точки зрения придерживаются также другие мудрецы. «Сефер Хасидим» (סימן אלף, כו) говорит, что нельзя проявлять жалость по отношению к неблагодарному человеку. Возможно, что именно «Сефер Хасидим» и была источником, на который опирался Маараль.

Маараль о благодарности

В моем посте о благодарности я упомянул Маараля в книге «Гур арье», который говорит, что нельзя делать добро, тому, кто не понимает, что то, что ему делают – это добро. Я оговорился, что слова Маараля это большой хидуш, который мы бы не смогли сказать самостоятельно.

Из комментариев я понял, что мои слова не были достаточно понятны. В этом посте я попытаюсь более подробно объяснить, про что именно говорит Маараль. В последующих постах я, с Б-жьей помощью, постараюсь также объяснить почему именно я вижу в словах Маараля большой хидуш. В отличие от уважаемых комментаторов, я постараюсь сделать всё это опираясь не на эмоции, а на источники.

Во-первых необходимо оговорится, что то, что говорит Маараль – это не прямое указание к действию. Это понятно прежде всего из характера книги «Гур Арье», которая не является алахическим трудом. Общий принцип, сказанный Мааралем, в лучшем случае может быть применён на практике только после глубокой оценки каждого конкретного реципиента, что в большинстве случаев потребует консультации с посеком.

Что же именно говорит Маараль.

Раши на парашат Берешит объясняет, что Всевышний не послал дожди на землю, поскольку не был создан Адам аРишон, который смог бы их по достоинству оценить. Раши продолжает и говорит, что после того, как Адам был создан, он помолился и Всевышний послал дождь.

Маараль видит в объяснении Раши несколько вопросов, требующих ответа.

Почему Всевышний не хотел посылать дождь прежде чем был создан Адам аРишон?

Здесь Маараль говорит свой хидуш, что нельзя делать добро человеку, который не понимает, что то, что ему делают – это добро. Пока нет кого-то, кто может оценить добро, как то, что заслуживает благодарности, нет смысла, и даже запрещено это добро делать.

Чем отличаются дожди, которые были созданы для человека, понимающего их пользу, от растений, которые были созданы не смотря на отсутствие Адама? В этом вопросе Маараль занимает очень антропоцентрическую позицию, в соответствии с которой всё, что было создано, было создано ради человека.

Маараль отвечает, что растения были созданы ради самих себя, поэтому создание их не было добром по отношению к Адаму. Добром в данном контексте может называться только то, что сделано ради других, как дожди, которые были созданы для нужд других созданий, а не ради самих себя.

Почему дождь пошёл не сразу после сотворения Адама, а только после того, как он помолился о нём? Если причина отсутствия дождей – отсутствие человека, они должны были пойти сразу после его создания, даже до того, как он попросил о них.

Объясняет Маараль, что если бы Адам не попросил дожди он бы проявил себя неблагодарным, а следовательно недостойным дождей. Если Всевышний не посылал дождь поскольку не было создания, способного оценить добро приносимое дождями, тем более, что не было смысла посылать дожди созданию, понимающему добро дождей, но отказывающемуся попросить о них.

Из слов Маараля мы видим, что неблагодарность – это крайнее проявление качества, которое в более легкой форме является неспособностью оценить добро по-достоинству.

Черта характера. Благодарность.

Тора говорит, что сыновья Яакова задумывали убить Йосэфа, но когда Реувен услышал об этом, он отговорил их от кровопролития.

Берешит Раба (ד) говорит, что Реувен спас Йосэфа из чувства благодарности. Реувен сказал сам себе: «Йосэф упомянул меня вместе с остальными братьями, как же я могу не спасти его!?» Во сне Йосефа Реувен упомянут в вместе с остальными братьями, несмотря на то, что незадолго до этого тот поступил недопустимо в случае с Билой.

Реувен, считал, что его действия настолько серьёзны, что смогут повлечь за собой исключения из состава колен Израиля. Когда Йосэф в рассказе о своём сне упомянул 11 звёзд Реувен понял, что его место среди братьев не было потеряно. Чувство благодарности, которое испытывал Реувен по отношению к Йосэфу подтолкнуло его на то, чтобы противостоять остальным братьям и спасти Йосэфа от смерти.

Не совсем понятно, за что именно Реувен был благодарен Йосэфу. Сны Йосэфа были посланы ему свыше и не были под его контролем. Рассказ о снах не был связан с Реувеном и не имел своей целью сообщить ему о его положении среди колен Израиля. Во снах Йосэфа все братья одинаково унижены, все они показаны его рабами, кланяющимися ему.

Йосэф был всего лишь средством, которое использовал Всевышний, но несмотря на это, Реувен был настолько благодарен Йосэфу, что видел себя обязанным спасти его. Из поступка Реувена мы видим, что если даже один человек помог другому «по ошибке», это не отменяет обязанность быть ему за это благодарным.

Черта характера. Благодарность.

В рассказе о создании мира Тора говорит, что до создания человека растения не проросли, поскольку Всевышний не послал дождь на землю и не было того, кто мог бы её обрабатывать. Необходимо понять, в чём связь между двумя причинами, которые упомянуты в псуке.

Раши объясняет, что причиной отсутствия дождей, было отсутствие человека. Поскольку не был создан тот, кто понимает важность дождя, не было смысла посылать дождь на землю. После того, как человек был создан и понял, что дожди необходимы для существования мира, он помолился о них. В ответ на молитву Адама пошёл дождь и проросли деревья и прочие растения.

Цель создания мира была, чтобы Всевышний смог делать добро своим созданиям. Если создания не осознают, что то, что Всевышний даёт им – это добро, тем самым они заявляют, что нет смысла им это добро делать. Заимодавец, не испытывает благодарности по отношению должнику, возвращающему ему долг. Только человек, который видит всё хорошее, происходящее с ним, как вещь, которую он получил в подарок, достоин того, чтобы получить ещё больше добра.

Маараль в книге «Гур Арье» говорит, что Всевышний не посылал дождь, поскольку запрещено делать добро тому, кто не понимает, что то, что ему делают – это добро. Человеку неблагодарному запрещено помогать. Если бы не Маараль, я не уверен, что мы смогли бы сказать это сами.