О мизинце Б-га

Мост

Рамбам пишет, что всякий, верящий в телесность Б-га считается вероотступником. В своем комментарии, Раавад говорит, что мнение это, являясь, несомненно, ошибочным не делает человека вероотступником. Раавад аргументирует свою позицию тем, что были мудрецы Торы, которые придерживались такой точки зрения. Всякий, кто более или менее серьезно занимался вопросом основ веры сталкивался с этим, достаточно странным комментарием Раавада.

В этой статье мы попытаемся разобраться в том, что, собственно, происходит в иудаизме с телесностью Б-га.

Сегодня невозможно найти иудея, считающего, что Б-г телесен. Поэтому само утверждение о том, что мудрецы Торы, даже когда-то очень давно могли придерживаться этого мнения вызывает у большинства евреев удивление, или даже возмущение. В этом нет ничего нового, еще со времен рава Саадии Гаона фраза: «Да чего еще можно ожидать от еврейских %группа% ведь они являются корпореалистами,» — использовалась как инструмент дискредитации. Давайте разберемся однако, какую телесность Б-га отрицал Рамбам и какой телесности придерживались, по крайней мере по мнению Раавада, мудрецы Торы.

Рамбам очень подробно аргументирует свое мнение о бестелесности Б-га. Вкратце, бестелесность Б-га связана, по мнению Рамбама с тем, что Б-г является «необходимо сущим». «Необходимо сущий» отличается от всех других «возможно сущих» тем, что от его существования зависит существование вселенной в целом и каждого ее элемента в частности, в то время как существование или отсутствие других сущих не сказывается на бытии. Другими словами, существование бытия напрямую зависит от существования «необходимо сущего», которым и является Б-г, обратное утверждение, однако, обязательно является ложным. «Необходимо сущий» непреложно должен быть нематериальным, не составным, единственным и т.п. Таким образом, нематериальность Б-га, о которой говорит Рамбам, напрямую следует из его взглядов об устройстве мира. Взгляды эти, нужно сказать, в основном опираются на философию Аристотеля.

С точки зрения Рамбама как философа, нету особой разницы между утверждением «Б-г телесен» и «Б-г гневается», поскольку и то и другое является неприемлемым для «необходимо сущего», предполагая изменение в Нем. Разница между этими двумя утверждениями заключается лишь в том, что первое никак нельзя истолковать иносказательно, в то время, как второе можно истолковать как говорящее о нашем восприятии результатов воздействия Б-га на мир. Рамбам, таким образом, занимает чрезвычайно крайнюю позицию в том, что касается атрибутов Б-га.

Развивая эту позицию, Раби Леви бен Гершон, ограничивал знание Б-га о то, что происходит с индивидами. В чем здесь логика? Если Б-г узнал о чем-то, значит знание его не было совершенным до этого, что неприемлемо. Более того, сейчас к Б-жественной сущности добавилось приобретенное знание, что означает множественность в Б-ге, Б-же упаси. Все это, по большому счету, вполне вписывается в жесткую линию отрицания существования какого бы то ни было подобия и точек соприкосновения между сущностью творения и Творца.

С другой стороны этого спора, как уже говорилось, находятся мудрецы Торы, о которых говорил Раавад. Сам Рамбам крайне резко критикует книгу «Шиур Кома» (Мера Роста), предметом которой является описание измерений Б-жественного тела и перечислением имен его органов. Приведем здесь широко цитируемый отрывок из нее:

Скажу тебе расчет всех парса (мер длинны), какова мера их: Каждая парса — три мили, а каждая миля — десять тысяч локтей, а каждый локоть — (два) [три] мизинца Его, а [мера] мизинца Его — целый мир, как сказано: «Кто шагом своим мерил воды, а меру небес мизинцем снял..?» (Ишаяу 40, 12).

(«Меркава Шлема», Иерусалим 1921, стр. 38(а))

Таким образом, очевидно, что тело, описываемое в этой книге не может существовать в рамках материального мира, который был известен ее авторам. Эффект, который производит это описание, по сути, подобен эффекту умозаключений Рамбама. Б-г не является чем-то от мира сего. По мнению Рамбама, однако, Б-г не может быть описан понятиями нашего мира, в то время как, автор книги «Шиур Кома» с их помощью показывает насколько тщетны попытки представить себе величие Всевышнего в рамках окружающей реальности.

Нетрудно заметить также, что между взглядами Рамбама и автора «Шиур Кома» пролегает обширная «ничейная земля», в которой вполне могут находится мнения других мудрецов Торы.

Мы же с вами, по большому счету, занимаем позицию, кардинально отличающуюся и от позиции Рамбама и от позиции неизвестного автора «Шиур Кома». Мы верим в бестелесность Б-га, поскольку в нашем мире не осталось «щелей» в которых мог бы скрываться корпореальный Творец. Пользуясь словами Н. С. Хрущева: «Вот Гагарин летал в космос, а Бога не видел!» Грубо, но по сути. Любой материальный аспект нашего мира может быть измерен материальными средствами. Если все эти тончайшие датчики до сих пор не смогли зарегистрировать присутствие материального Б-га, значит он находится за рамками материального.

Наша вселенная больше не нуждается в «перводвижителе», в «отделенных разумах», управляющих движением небесных сфер. Мы уже давно не оперируем понятиями «возможно сущий» и «необходимо сущий». Наша физика — это не физика Аристотеля. Мы больше не видим моста, соединяющего естествознание и постижение Б-жественного, о котором говорил Рамбам.

С другой стороны, мы каждый день сталкиваемся и пользуемся невидимыми и неощутимыми вещами, в реальности которых нам даже не приход в голову сомневаться. У нас нет необходимости описывать вещи в материальных категориях для того, чтобы удивляться их масштабу и важности.

Действительно ли Рамбам был таким уж продвинутым рационалистом, а мудрецы Торы, о которых говорит Раавад, суеверными невеждами? Истина крайне редко говорит на языке лозунгов.

О пророчестве. Ральбаг

В прошлой статье мы затронули вопрос об условиях осуществления пророчества. По мнению Ральбага, исполнение пророчества о наказании зависит от поведения того, кому оно адресовано, ведь цель такого пророчества — побудить человека к раскаянию. Пророчество о награде исполняется только если говорит о естественном ходе вещей, однако если оно говорит о прямом вмешательстве Всевышнего, то оно исполнится при условии праведности того, кому оно адресовано.

В книге «Ор Ашем» рабейну Хисдай Крескас анализирует мнение Ральбага.

В первую очередь «Ор Ашем» разрешает противоречие между мнением Ральбага, и сказанным в Гемаре Брахот (7а): «Все сказанное Всевышним, даже если было обусловлено, сбывается». Из этого высказывания видно, что даже если условие не было исполнено, пророчество должно сбыться, вне зависимости от того говорит ли оно о награде или наказании.

Для того, чтобы объяснить слова Гемары, рабейну Хисдай Крескас разбирает обещание о награде, данное Всевышним Моше, которое не исполнилось. Всевышний пообещал сделать Моше родоначальником великого народа (Шмот 32, 10), при условии, что тот не будет молится за евреев. Обещание это не было исполнено Всевышним поскольку Моше нарушил поставленное ему условие и помолился о еврейском народе. Следовательно, есть условия, от исполнения которых зависит исполнение пророчества. Как же тогда понимать слова Гемары?

Рабейну Крескас считает, что Гемара говорит об условиях, не имеющих внутренней связи с объектом пророчества. То есть, если объект пророчества не является прямым следствием исполнения его условия, то пророчество может и не сбыться. В условии же, поставленном Всевышним Моше нету прямой зависимости между отсутствием молитвы и тем, что Моше станет отцом народа. Другими словами, если награда не полагается за исполнение условия самого по себе, а только в случае его исполнения, то пророчество может и не сбыться. Это очевидно из нашего случая, ведь Всевышний готов был наградить Моше за его заслуги, а никак не за то, что тот не молился о евреях.

Далее рабейну Хисдай Крескас указывает на фундаментальную проблему с мнением Ральбага. В соответствии с этим мнением, слова Торы о проверке пророческого дара говорят только об определенном виде предсказаний. Предсказание, которое не сбылось не всегда демонстрирует отсутствие пророческого дара, вполне возможно, что предсказание не сбылось поскольку говорило о прямом вмешательстве Всевышнего. Таким образом, Ральбаг вынужден будет объяснить, что критерий пророчества, описанный Торой справедлив только в отношении пророчества, касающегося природного течения вещей. По мнению рабейну Крескаса, истинность такого объяснения слов Торы представляется маловероятной.

Более того, продолжает рабейну Крескас, в соответствии с мнением Ральбага, проверка пророка представляется невозможной, поскольку не всякое пророчество непременно должно сбываться. Любое несбывшееся предсказание будет объяснено испытуемым как говорящее о прямом вмешательстве Всевышнего, ведь такого рода предсказания могут и не сбыться.

Помимо этого, рабейну Крескас несогласен и с тем, что отрицательный выбор человека не может повлиять на природное течение вещей. Рабейну Крескас говорит, что несмотря на чрезвычайно малую вероятность такого влияния, вероятность эта вполне реальна. В свете этого, вполне возможно, что пророчество о награде не сбудется, даже если оно говорит о природном течении вещей. Все это говорит о полной невозможности проверки пророка в соответствии с мнением Ральбага.

Проблемным, с точки зрения рабейну Крескаса, является также и объяснение Ральбага опасений Яакова, который не хотел полагаться на свое же пророчество. Раби Леви бен Гершон говорит, что Яаков знал, что предсказанное ему не говорит о природном стечении обстоятельств, поскольку это выходило бы за рамки естественного. Рабейну Крескас не согласен с этим утверждением. По его мнению, принимая во внимание возраст Яакова и то, что пророчество не относилось к его потомству, а только к нему самому, не было ничего сверхъестественного в том, что ему удалось бы прожить остаток своих дней в мире.

В следующий раз, с Б-жьей помощью, мы займемся мнением Рамбама.

О пророчестве. Проблема

Одной из неотъемлемых характеристик пророческого дара является то, что предсказания пророка сбываются. Этот критерий пророчества описан в Торе (Дварим 18, 22) прямым текстом:

אשר ידבר הנביא בשם יהוה ולא יהיה הדבר ולא יבוא הוא הדבר אשר לא דברו יהוה בזדון דברו הנביא לא תגור ממנו:

Если будет говорить пророк от имени Б-га и не сбудется сказанное и не произойдет — [значит] эта вещь не была сказана Б-гом, злонамеренно говорил ее пророк, не бойся его.

Анализ данного критерия ставит нас перед определенной проблемой.

Пророк Йона предсказал разрушение Нинвея, однако Всевышний, увидев раскаяние жителей города, отменил свой приговор. Также из слов пророка Йирмияу мы видим, что Всевышний изменяет свое решение о процветании или разрушении государств даже после того как оно было сообщено пророку. Приведем здесь слова Йирмияу (18, 7-10):

רגע אדבר על גוי ועל ממלכה לנתוש ולנתוץ ולהאביד: ושב הגוי ההוא מרעתו אשר דברתי עליו ונחמתי על הרעה אשר חשבתי לעשות לו: ורגע אדבר על גוי ועל ממלכה לבנת ולנטע: ועשה הרע בעיני לבלתי שמע בקולי ונחמתי על הטובה אשר אמרתי להיטיב אותו:

[В один] момент скажу Я о народе и о царстве — опустошить, разрушить и уничтожить. И раскается народ этот в зле его, о котором говорил Я, и отменю я зло, которое думал сделать ему Я. И [в другой] момент скажу Я о народе и о царстве — отстроить и взрастить. И сделает зло в глазах Моих не послушавшись голоса Моего и отменю я добро, которым хотел я наградить его.

Из вышесказанного очевидно, что исполнение пророчества зависит от поведения тех, кому оно адресовано. Следовательно, если любое пророчество может не исполнится, то невозможно говорить об этом критерии как необходимом условии пророческого дара.

Одним из способов разрешения этой проблемы может быть утверждение, что пророчество, говорящее о награде не может быть отменено, в то время как говорящее о наказании — может. В соответствии с этим утверждением мы будем вынуждены сказать, что проверка пророка, о которой говорит Тора будет производится только в случае, если была предсказана награда, поскольку предсказание наказания может и не сбыться. Это объяснение, однако, потребует от нас разобрать еще один отрывок Торы.

Всевышний пообещал (Берешит 28, 15) Яакову охранять его, однако Яаков не был удовлетворен этим обещанием, поскольку опасался, что оно может быть отменено из-за его грехов. Мы видим, что приведенное выше объяснение не является достаточным, поскольку несмотря на то, что Яакову была предсказана награда, он опасался, что его пророчество самому себе не сбудется.

Эта проблема, в свою очередь, может быть разрешена двумя способами.

Можно сказать, что предсказание о награде сбывается только если оно было сообщено через пророка третьему лицу, как это было в случае с Йоной, посланным в Нинвей. Пророчество же Яакова было адресовано ему самому, поэтому такое пророчество могло и не сбыться. Таков подход Рамбама. В соответствии с этим подходом мы должны будем объяснить сказанное Йирмияу, как говорящее не о разговоре Всевышнего с пророком, а о Его разговоре с Самим Собой.

Другое решение этой проблемы предлагает раби Леви бен Гершон. Ральбаг указывает на то, что пророчество о наказании имеет своей целью изменить того, кому оно адресовано, поэтому обещанное наказание не имеет смысла, если изменение к лучшему произошло. С другой стороны, пророчество о награде может говорить о двух разных категориях происшествий.

Пророчество может говорить о природном течении вещей, на которое выбор человека не может нести отрицательного влияния. Поскольку выбор человека призван исправить природу, он не может отрицательно повлиять на естественный ход событий. Такого рода пророчество сбудется вне зависимости от поведения того, кому оно адресовано.

Другой вид пророчества говорит о прямом вмешательстве Всевышнего в жизнь человека, при этом, исполнение такого рода пророчество всегда обусловлено праведностью того, кому оно адресовано. Таким образом, поскольку Яаков понимал, что его спокойствие и безопасность не могут быть следствием природного стечения обстоятельств, он боялся, что предсказанная ему награда не будет получена им из-за его грехов.

В следующий раз, с Б-жьей помощью, мы более подробно разберем мнение Ральбага.

Поклонение идолам и излишняя скорбь

В начале ревии Тора запрещает евреям наносить себе раны и вырывать волосы, как излишнее проявление скорби по умершим. Перед этим Тора предостерегает от служения идолам, сообщая законы лжепророчества, законы человека, переманивающего к поклонению идолам и законы города идолопоклонников. Необходимо выяснить, как связаны почитание идолов с чересчур рьяным проявлением скорби.

Абарбанэль приводит три объяснения близости предостережения от идолопоклонства и запрета ненесения себе ран в знак скорби.

  1. Мнение комментаторов (вероятно, имеется ввиду Ральбаг) говорит, что запрет нанесения себе ран упомянут именно здесь, поскольку это еще один из запретов, относящихся к поклонению идолам. Обычай членовредительства — это обычай идолопоклонников, как можно увидеть из сказанного в Мелахим (א יח כח), что пророки Бааля «наносили себе раны, по закону их». (Обратите внимание, что это объяснение не говорит о специфическом запрете членовредительства в знак скорби, а рассматривает членовредительство вообще.)
  2. Ибн Эзра говорит, что Тора, запрещая излишнее проявление скорби, говорит это также по отношению к тому, чей родственник был казнен за лжепророчество, за привлечение к поклонению идолам или в городе идолопоклонников. Тора хочет научить нас, что ближайшим родственником любого еврея является Всевышний, а не преступник, нарушающий Его волю, поэтому не подобает излишне скорбеть о злодеях.
  3. Тора предостерегает от следования обычаем Эморейцев, которые наносили себе раны в знак скорби. Поскольку Эморейцы не верили в будущий мир и награду, полагающуюся душе в нем, они плакали и наносили себе раны думая, что их родственники полностью закончили свое существование. Тора говорит еврейскому народу: «Сыновья вы Б-гу Всемогущему,» — вы можете наедятся на большую награду во дворце Царя, поэтому не подобает вам излишне скорбеть по умершим.

Ваикра, Абарбанэль

Наша парша занимается законами жертвоприношений.

Из всех животных жертвы могли быть принесены только из пяти видов: быков, овец, коз, горлиц и голубей.

В предисловии к своему комментарию на Хумаш Ваикра Абарбанэль перечисляет четыре причины, по которым Тора заповедовала приносить жертвы именно из этих видов животных. Первые две причины – это причины, которые говорит Рабейну Леви бен Гершом. Ральбаг говорит, что быки, овцы, козы, горлицы и голуби:

  • Это виды, которые по своим физическим качествам превосходят все остальные виды животных;

  • Это животные, наиболее доступные человеку. Всевышний не хотел утруждать человека приносить жертвы из животных, которых трудно найти;

К этим причинам Абарбанэль добавляет еще две:

  • Виды скота намекают на Авраама, Ицхака и Яакова, а птицы – на Моше и Аарона.

  • Все пять видов намекают на народ Израиля, поскольку все они упоминаются как аллегория на евреев в Танахе.

Шабат Шалом.