О царях и судьях

Предлагаю вашему вниманию первод отрывка из комментария рава Ицхака Абарбанеля на книгу Шофтим. Этот отрывок послужил одним из источников для статьи, занимающейся взглядами Абарбанеля на государственное устройство, предписанное Торой народу Израиля. С Б-жьей помощью, статья увидит свет в ближайшее время.

Введение к Шофтим

Сказал Ицхак Абарбанель:

Поскольку эта, вторая, книга (из Невиим) говорит о судьях, вставших в Израиле после смерти Йеошуа и до рождения Шмуэля, а в четвертой книге (из Невиим) будет рассказано о царях, правивших в Израиле и в Йеуде, увидел я (необходимость) разобраться здесь являются ли термены «судья» и «царь» синонимами, указывающими на одно и то же непрерывное явление, или же они говорят о разных видах правления? И после тщательного исследования я обнаружил, что судьи и цари были подобны друг другу в пяти аспектах и различались тоже в пяти других аспектах.

Первое подобие заключалось в том, что и судьи и цари назначались судом и принимал Израиль их власть на себя. В отношении судей сказано1: «И установил Б-г судей…». Это значит, что были назначены они судом, через которых говорил дух Б‑жий, а то, что касается принятия их Израиле, тоже сказано это прямо относительно Гидона2: «Также правь нами ты». И относительно Ифтаха сказано3: «И пойдешь ты с нами и будешь воевать с сынами Амона будешь нам главой и воеводой.» И несомненно, что вначале пробуждал дух Б-га, дух совета и могущества, и когда видел Израиль, что имя Б-га провозглашено над ними (судьями), избирали они их и назначали их судьями по слову суда. А то, что касается царей, ясно сказано, что помазывают их (на царство) Великий Суд и пророк и вместе с этим народ воцарял их также, как говориться о Шауле, Давиде, а также о Шломо. И обе эти вещи упоминает Тора, говоря4: «Поставь над собой царя, которого выберет Б-г, Г-сподь твой.» Вот упомянуто, что выдвижение и становление царя по инициативе народа, а избрание Б‑жественное его было посредством пророка, при помазании.

Второе подобие состояло в том, что судьи, упоминаемые в этой книге и цари занимались войнами и вели народ за собой, а также занимались правосудием.

Третье подобие состояло в том, что и цари и судьи имели право, в исключительных случаях, наказывать выходя за рамки закона Торы.

Четвертое подобие состояло в том, что всех их — и царей и судей необходимо бояться и уважать и идущий против слова их заслуживает смерти. В отношении судьи сказано5: «И человек, который сделает злонамеренно, чтобы не слушать коэна или судьи, и умрет человек этот.» И по этой же причине наказал Гидон, жителей Пнуэля и Сукота, как я уже упомянул, поскольку посчитал их восстающими против слова его и поэтому заслуживали они смерти за нарушение его приказа. А в том, что касается царей, учили мудрецы это из сказанного о Йеошуа6: «Всякий человек, который восстанет против уст твоих и не будет слушать слова твоего, всего, что повелишь — умрет.» И учили в (трактате Санэдрин) в главе «Завершился суд»7: «Всякий человек, который восстанет против уст твоих,» — возможно речь идет о словах Торы (даже если слово царя противоречит слову Торы)? Говорит Тора8: «Только усилься и укрепись [чрезвычайно, хранить и соблюдать в соответствии со всей Торой]» (только если слово царя не противоречит слову Торы)». Поэтому сказали, что царь имеет право убить проклинающего его, как сделал это Давид с Шими бен Гера, поскольку тот восставал против слова царя и, следовательно, заслуживал смерти.

Пятое подобие состоит в том, что в правлении своем, следовали судьи один за другим и продолжали правление предшественника подобно тому как правили также цари Израиля один за другим. Подобно тому как не было времени, когда не было царя в Израиле с начала их царства, также и все время судей, по моему мнению, не было времени когда был бы Израиль без судьи…

Однако пять различий между ними я тоже упомяну.

Первое различие состояло в том, что цари избирались Б-гом посредством помазания.

Второе различие состояло в том, что полномочия царя не касались судебных разбирательств между людьми по закону Торы, а касались только правления государством, спасения народа от врагов их и вынесения решений в исключительных случаях, руководствуясь нуждами часа, а не справедливым законом. А в отношении судей, все было наоборот, а именно, что полномочия их касались только разбора тяжб между людьми по закону Торы и судить народ судом справедливым. Вот же видишь ты что в отрывке, говорящем о судьях, Тора заповедовала судьям малого суда, находившегося в каждом городе, как сказано9: «Судей и приставов поставь себе во всех вратах.» А в отрывке «если сокроется10» предостерегла относительно Великого Суда (Санэдрина, находившегося в Ерушалаиме) и Судьи, а именно (судьи) величайшего из них всех, занимающего место господина нашего Моше, стоявшего во главе семидесяти старцев, и о них сказано11: «И скажут тебе слово закона, и сделаешь ты по слову, которое скажут тебе … по указанию, которое укажут тебе…» Таким образом, правление их по сути своей и в первую очередь и в особенности состояло в том, чтобы судить по справедливому закону и поэтому назывались они «судьями». И если находим мы, что судьи, упомянутые в этой книге выходили на войну и была передана им абсолютное право судить выходя за рамки закона Торы в исключительных случаях, то не полагалась им это в силу их полномочий, а только поскольку в то время не было царя в Израиле была у них и сила судьи и сила царя…

Третья разница, заключалась в заповедях исключительных для царя, от которых судья был освобожден. Чтобы не приумножал жен, не приумножал лошадей, не приумножал себе серебра и золота чрезвычайно, чтобы не напивался он допьяна, как сказано12: «не царям пить вино, и не князьям пиво», чтобы написал он себе свиток Торы в добавок к тому, который оставил ему отец. Эти и подобные обязанности, упомянутые13 мудрецами благословенной памяти относительно царей, не относятся к судьям.

Четвертая разница относиться к вещам, которые полагаются ему по закону Торы и, которые не полагаются судье. В отношении почета, нельзя сидеть на троне его, ездить верхом на коне его, пользоваться его скипетром и любыми другими его предметами, нельзя брать в жены его вдову, он не вступает в левиратный брак и не делает халицу, также и жена его не вступает в левиратный брак и не делают ей халицу, запрещено смотреть на него когда он наг, или находится в бане или стрижется и обязан каждый еврей, даже пророк, вставать перед ним и кланяться ему. И вот все эти вещи и другие, упомянутые мудрецами, полагаются только царю и не полагаются судье. А в отношении пользы и имущества его уже сказали мудрецы, благословенной памяти: «Все сказанное в отрывке о царе, полагается царю», а там сказано14: «А лучшие поля ваши и виноградники ваши, и масличные сады ваши возьмет он и отдаст слугам своим. И от посевов ваших и виноградников ваших возьмет он десятую часть и отдаст царедворцам своим и слугам своим. И рабов ваших, и рабынь ваших, и лучших ваших юношей, и ослов ваших возьмет он и использует для своих работ.» И в книге Шмуэль, разберу я сказанное. И было предание у мудрецов, благословенной памяти15, что есть у царя право взимать налог с народа, для своих нужд, или нужд войны и он сам определяет размер этого налога и запрещено скрываться от выплаты этого налога. И следует ему постановить, что тот, кто крадет собранный налог быдет предан смерти и все имущество казненных царем переходит в его казну. И всякая земля, захваченная им, принадлежит ему, все это и другое полагается царю и не полагается судье, и в этом заключается четвертая разница.

Пятая разница, заключается в том, что будучи помазанным на царство царь приобретает корону его не только для себя, но и для сыновей его после него навечно, поскольку царство передается им по наследству, как сказано16: «Чтобы продлились дни (его) на царстве его, он и сыновья его в среде Израиля.»

Однако судьи не передавали свой пост сыновьям своим после себя по наследству, поскольку этот пост полагался только из-за их могущества и степени их мудрости и Б‑гобоязненности.

Из всего сказанного ясно, что различаются судьи и цари, не смотря на то, что судьи, упомянутые в этой книге по полномочиям своим были и судьями и царями.


1Шофтим 2, 16.
2Шофтим 8, 22.
3Шофтим 11, 8.
4Дварим 17, 15.
5Дварим 17, 12.
6Йеошуа 1, 18.
7Санэдрин 49а.
8Йеошуа 1, 7.
9Дварим 16, 18.
10Там же.
11Дварим 17, 9-11.
12Мишлей 31, 4.
13Санэдрин гл.2.
14Шмуэль I, 8, 14-16.
15Рамбам, Мишне Тора, Законы царей и войн, гл. 4.
16Дварим 17, 20.

О справедливости

Мы живем в мире без справедливости. Материальный мир — это мир лжи, поэтому все, что нас окружает создано так, что истинная природа вещей нам невидна. Мы знаем, что Всевышний не посылает наказания тому, кому оно не полагается, однако все вокруг пытается убедить нас в обратном.

Человеку свойственно стремиться к справедливости. Эталоны и средства ее достижения могут быть спорными, однако намерения не оставляют сомнений. Слишком много преступлений, нарушений и проступков происходят от того, что человек пытается взять справедливость в свои руки.

Вор считает, что украденное полагается ему, поскольку нечестно, что кому-то принадлежит больше, чем ему. Еврей ест некошерное, поскольку нечестно, что самая вкусная еда — запрещена. Человек требует от жены прислуживать ему, поскольку это нечестно, что ему приходиться пахать целый день, в то время как она «прохлаждается» дома.

В парашат Шофтим (דברים טז כ) Тора заповедует стремиться к справедливости. Гемара в Санэдрин (לב ב) учит из этого псука, что дорога к справедливости должна проходить через Бейт Дин. Заповедуя нам всеми силами преследовать справедливость, Тора говорит, что меркой справедливости в мире лжи может быть только Бейт Дин, судящий, в соответствии с законами Торы.

Тора не гарантирует, что во всем, сделанном Бейт Дином, будет немедленно очевидно правосудие Всевышнего. Более того Гемара говорит (סנהדרין ו ב), что судья должен полагаться только на видимое им, в то время как видимое им — это мир лжи. Бейт Дин не призван исправить присущую нашему миру несправедливость. Более того, невозможно исправить несправедливость материального мира, оставаясь в его рамках. Единственное, что доступно Бейт Дину — это приложить усилия, чтобы даже то немногое, что может быть исправлено, не было окончательно испорчено.

Мудрец предпочтительней пророка

В начале парашат Шофтим Всевышний заповедует нам слушаться Мудрецов Торы в любом вопросе, касающемся ее соблюдения. Слова мудрецов имеют настолько большой вес, что мы обязаны следовать им даже если они противоречат словам пророка. Более того, даже если Мудрецы не смогут самостоятельно разрешить какой-либо вопрос, нельзя будет передавать решение его пророку.

Абарбанэль спрашивает, почему мудрец предпочтительней пророка? Тора была дарована через Моше Рабейну — величайшего из пророков, поэтому было бы подобающе разрешать вопросы, касающиеся ее соблюдения с помощью пророчества, а не с помощью человеческой мудрости.

Чтобы ответить на свой вопрос Абарбанэль приводит мнение рабейну Нисима из «Драшот Аран». Ран говорит три причины того, что Мудрецы предпочтительней пророков.

  1. Пророки не могли пророчествовать в любой момент, им нужно было подготавливать себя к пророчеству, поэтому могла быть возможность того, что вопрос не будет решен.

  2. Всевышний знал, что в еврейском народе будет время, когда пророчество прекратится, и если бы решение вопросов соблюдения Торы было передано пророкам, вопросы эти остались бы неразрешенными.

  3. Решение о том, кто является пророкам могло быть принято только мудрецами, поэтому, в любом случае, разрешение сомнений возложено на них.

Помимо ответа рабейну Нисима, Абарбанэль приводит еще пять причин от своего имени.

  1. Тора дана всему народу, а не только пророкам, поэтому понимание ее доступно человеческому разуму и без пророчества.

  2. Если бы разрешение сомнений было возложено на пророков, то люди могли бы ошибочно подумать, что Моше Рабейну не объяснил Тору как положено, и, что последующие пророки объяснили Тору лучше его. Также люди могли бы ошибиться и решить, что пророки не объясняют Тору, а добавляют к Торе вещи, которые там не написаны. Чтобы избежать сомнений в уровне пророчества Моше и в вечности Торы, Всевышний передал решение вопросов Мудрецам.

  3. Если бы пророк мог опротестовать решения Мудрецов, то люди стали бы сомневаться в их компетентности не только в тех вопросах, в которых мнение пророка отличалось бы от мнения Мудрецов, но и вообще. Поскольку почет Бейт Дина — это одна из основ Торы, то Всевышний дал их словам больший вес, чем словам пророка.

  4. Если бы последнее слово было за пророком, то Мудрецы не прилагали бы усилий к изучению Торы. Поскольку даже то, что будет ими выучено может быть опровергнуто, они стали бы сомневаться в своих решениях.

  5. Мудрецы, принимающие решения в вопросах Торы, удостаиваются пророческого духа от Всевышнего, поэтому у Мудрецов есть и мудрость и пророчество, а пророк может полагаться только на пророчество. Поскольку у Мудрецов есть пророческий дух, как и пророка, он не может противоречить им, несмотря на то, что по уровню, его пророчество может превосходить их.